- Я, может, не столь благородных кровей, однако имею свои понятия о чести. Мой отец был родом из Офира, и звали его Гермионом. У меня есть счетец к владыке Морантесу, ибо на совести его смерть моего отца. Дело было так. Когда Морантес стал королем, ему пришла в голову мысль выстроить новый дворец, прекраснее и больше прежнего. Ну, Морантес приказал королевскому архитектору - а им был мой отец - устроить там потайной ход и вывести его за городские стены, чтобы в случае каких-то неприятностей обезопасить свою драгоценную особу. Мало ли что может произойти: бунт, война и всякое такое... словом, бывает, что королю нужно тайком покинуть дворец. Итак, ход сделали, а после окончания стройки всех, знавших том подземном коридоре, умертвили, чтобы скрыть секрет. Отца, правда, Морантес пожалел: он всего-навсего отрезал ему язык и выколол глаза. А перед смертью он сумел вслепую нарисовать мне план тоннеля, и теперь я без труда могу провести во дворец кого угодно. Поскольку же коридор ведет прямиком в тюремный подвал, то, сами понимаете, у нас есть все шансы спасти короля Хорайи.

- Что же уважаемый... господин вор хочет за сию услугу? - спросил канцлер.

- Я хочу отомстить за отца, и это сейчас самое главное, - ответил Фронто. - Правда, если мне положат пенсион, какой дают отставным солдатам, да простят мои мелкие грешки перед Хорайей... Возражать я бы не стал, почтеннейшие господа.

- Считай, что ты все получишь, - сказал Таурус и перевел взгляд на Конана.

Тот, в свою очередь, обратился к астрологу:

- В чем состоит твое участие в этой затее, уважаемый?

- Я, воевода, - отозвался предсказатель, - могу рассчитать наилучшее время для этой твоей затеи. Посмотри-ка сюда, на мой механизм, - он протянул Конану ларчик с какими-то шестеренками внутри и странными знаками на стенках. - Это устройство может высчитывать благоприятное время по положению звезд.